Художественное объединение «Октябрь»

Группа «Октябрь», Всероссийское объединение работников новых видов художественного труда «Октябрь» – художественное объединение, созданное в октябре 1928 года в Москве под официальным названием «Всероссийское объединение работников новых видов художественного труда «Октябрь»». Согласно своему уставу, «Октябрь» объединил «передовых художников, производственников в области архитектуры, индустриальных искусств, кинематографии, фотографии, живописи, графики и скульптуры, способных подчинить свою творческую деятельность конкретным потребностям пролетариата в области идеологической пропаганды, производства и оформления коллективного быта с целью поднятия культурно-идеологического уровня трудящихся».

Участники объединения заявляют: «Мы признаем и будем строить пролетарский реализм, выражающий волю действующего революционного класса, реализм динамический, показывающий жизнь в движении, в действии, планово раскрывающий перспективы жизни, реализм, делающий вещи, рационально перестраивающий старый быт, действующий всеми средствами искусства в гуще борьбы и строительства. Но мы отвергаем одновременно эстетический абстрактный индустриализм и голый техницизм, выдающийся за революционное искусство. Мы подчеркиваем, что для творческого воздействия искусства на жизнь должны быть использованы все средства выражения и оформления, с наибольшей силой организующие сознание и эмоционально волевую сферу пролетариата и идущих за ним трудящихся масс. В этих же целях должна быть установлена органическая кооперация всех видов пространственных искусств». (Декларация объединения «Октябрь» // Cовременная архитектура. 1928. № 3. C. 74.).

Для успешного движения на этом фронте, участники объединения выделяют следующие пункты, на которые делается особый упор в деятельности и предлагается сосредоточиться на создании нового жилья, на оформлении предметов повседневного обихода, на оформлении центров досуга и быта, на организации массовых праздников и художественном образовании.

Таким образом, основными творческими направлениями в деятельности группы «Октябрь» должны были стать архитектура, дизайн, организаторская и оформительская деятельность общественных мероприятий, художественное образование и просвещение масс.

Устав объединения делил его членов на действительных, кандидатов в члены и соревнователей. В действительные члены принимали всех граждан, достигших 18 лет и работающих в сфере пространственных искусств.

«Октябрь» был основан деятелями искусства разных специальностей увлечёнными идеями конструктивизма, рационализма и производственного искусства. Первоначально в группу входили архитекторы, художники, искусствоведы и кинорежиссеры (А. А. Веснин, И. Л. Маца, А. А. Дейнека, Г. Г. Клуцис, В. Н. Кулагина, Д. С. Моор, С. М. Эйзенштейн и другие), а также мастера советской фотографии, новаторы А. М. Родченко, Б. Игнатович, Б. П. Кудояров, А. В. Шишкин, В. Т. Грюнталь, Е. М. Лангман, Д. Г. Дебабов, П. И. Новицкий и сестры Бориса Игнатовича – Аркадия, Елена и Ольга). Все они стали действительными членами объединения.

Члены-учредители: А. Г. Алексеев, Е. Г. Вейс, А. А. Веснин, В. А. Веснин, А. М. Ган, М. Я. Гинзбург, А. И. Гутнов, А. И. Дамский, А. А. Дейнека, М. В. Доброковский, В. Н. Ёлкин, П. Я. Ирбит, Г. Г. Клуцис, А. В. Крейчик, А. И. Курелла, И. Л. Маца, А. И. Михайлов, Д. С. Моор, П. И. Новицкий, А. Я. Острецов, Д. Ривера, Н. Сидельникова, С. Я. Сенькин, Н. Г. Талакуев, С. Б. Телингатер, В. С. Тоот, Б. Уитц, П. Ф. Фрейберг, Н. С. Шнейдер, Э. И. Шуб, С. М. Эйзенштейн.

Среди членов – учредителей объединения «Октябрь» встречаются люди разных худо­жественных профессий. Архитекторы: Александр и Виктор Веснины, Моисей Гинзбург. Большую группу представляют художники-графики, мастера фотомонтажа и книжного оформления: Дмитрий Моор, Соломон Телингатер, Густав Клуцис, Сергей Сенькин и Николай Седельников; живописцы: Александр Дейнека, Диего Ривера, венгерские художники, преподаватели Вхутемаса и Вхутеина, Виктор Тоот и Бела Уиц. Особую роль играли входившие в объединение критики и журналисты: Альфред Курелла, Иван Маца, Павел Новицкий. Наконец, в числе членов-учредителей упоминаются и деятели кино: Алексей Ган, Эсфирь Шуб, Сергей Эйзенштейн. Два человека из приведенного списка, дизайнеры Абрам Дамский и Николай Талакуев, представители новой профессии, – недавние выпускники Вхутеина, ученики Александра Родченко по металлообрабатывающему факультету.

Члены и экспоненты: Г. А. Арямнов, Л. Р. Британишский, Н. С. Бухарова, Т. П. Гюрджан (Гюрджитян), В. С. Житенёв, А. А. Изаксон, Л. М. Лисицкий, А. И. Наумов, И. Н. Попов-Воронежский, А. М. Родченко, П. П. Романов, Н. Х. Рутковский, А. И. Самойловских, А. Н. Самохвалов, В. Ф. Степанова, Ф. Ш. Тагиров, С. А. Чуйков, В. Ф. Штейн и другие.

В объединении были ещё члены-соревнователи, ими могли стать лица не занимавшиеся творческой деятельностью или изучением этой области, но желающие оказать посильную помощь в работе объединения (РГАЛИ. Ф. 645. Оп. 1. Ед. хр. 453. Л. 398.). Члены-соревнователи так же утверждались правлением на основании письменных заявлений желающих. Члены-соревнователи на всех собраниях объединения могли пользоваться лишь совещательным голосом и не могли быть избранными на руководящие должности.

Финансирование осуществлялось путем сложения следующих факторов: вступительных и ежегодных членских взносов; добровольных пожертвований; субсидий правительственных учреждений и общественных организаций; процентов на капитал объединения, хранящийся в кредитных учреждениях и процентных бумагах; из доходов от отчислений членов от гонораров, полученных за работы заказанные через объединение; доходов от принадлежащего обществу имущества; доходов от всей деятельности, предусмотренной уставом (РГАЛИ. Ф. 645. Оп. 1. Ед. хр. 453. Л. 399–400.). Если говорить о количественном выражении этих средств, то можно упомянуть, что, например, в смете расходов Главискусства на содержание художественных группировок (1929–1930) «Октябрю» полагалось 2500 руб. (РГАЛИ. Ф. 645. Оп. 1. Ед. хр. 284. Л. 38, об., 39). В номере 1(9) журнала «Искусство в массы» за 1930 год указывалось, что «на развертывание массовых мероприятий в области искусства Главискусство отпустило художественным обществам ОСТ, ОМХ, «Октябрь» и другим 11 тысяч 300 рублей» (Художеcтвенная жизнь CCCР. // Иcкуccтво в маccы. 1930. №1(9). C. 27.).

Профессиональный состав объединения был довольно пёстрым, и неизбежно должен был привести к дальнейшему делению объединения на отдельные секции. Одной из первых в 1930 году была создана секция «внутреннего оборудования», в которую и вошел Родченко как дизайнер, основатель дизайнерской школы и руководитель дипломных проектов своих студентов. Возникли также фотосекция, текстильная и полиграфическая секции. Каждая секция объединяла членов по профессиональному признаку. Но в силу того что задачи, художественные цели и выразительный язык этих видов дизайна уже сложились, оформились, здесь не мог возникнуть тот феномен экспериментальной школы, который мы наблюдаем в фотосекции, где происходило профессиональное и творческое становление фоторепортажа.

Наиболее заметный след в изданиях рубежа 1920–30-х годов оставила деятельность критиков и журналистов, входивших в объединение «Октябрь». Зная их имена и общую концептуальную платформу, опубликованную в деклара­ции 1928 года, можно представить, как в их публикациях развивались идеи о роли пространственных искусств в обществе. Регулярно печатал статьи по проблемам социологии искусства и оборудованию повседневного быта П. Новицкий. А. Курелла часто выступал на страницах «Комсомольской правды» в связи с кампанией за здоровый быт, свободный от безделушек, гипсовых статуэток и прочих мещанских атрибутов, В 1929 году издательством «Теакинопечать» была выпу­щена небольшая брошюра с дискуссионными материалами по поводу постановки спектакля «Инга» по пьесе А. Глебова в Театре Революции. Мы знаем, что эту пьесу о директоре текстильной фабрики оформлял Родченко. Со сцены демонстрировались рациональная, складывающаяся и трансформирующаяся, мебель, новые типы костюмов. В брошюре были опубликованы интервью с Родченко, разъяснявшим свои проектные задачи, заметки автора пьесы и режиссера-постановщика и материал на тему «Быт и вещи», подготовленный Е. Эйхенгольц, таске членом «Октября».

В 1931 году вышел сборник статей «Классовая борьба на фронте простран­ственных искусств» под редакцией П. Новицкого. Книгу открывала общеметодо­логическая статья П. Новицкого, затем шли материалы, подобранные по различным областям дизайна: о керамике, о массовой одежде, о текстиле, о рекламе товаров, о фотомонтаже.

Дискуссии рубежа 20–30-х годов о культуре быта, необходимости разра­ботки новых стандартов в архитектуре, жилище, бытовых вещах оставили больше описаний, чем осуществленных проектов. Образцовая мебель и одежда Родченко выполнялись в единственных экземплярах для театра. Проекты повседневной одежды Степановой так и остались на бумаге. Дипломные проекты мебели и обо­рудования «инженеров-художников» – выпускников дерево и металлообрабаты­вающего факультетов Вхутеина – оставались макетами и моделями. Наиболее весомым в эти годы был вклад архитекторов. В 1929 году М. Гинзбургом был подготовлен альбом типовых проектов жилищного строительства. Альбом обоб­щал опыт возведения домов-коммун, домов переходного типа, содержал данные о характере меблировки и оборудования квартир. Эль Лисицкий, также член «Октя­бря», совместно со студентами деревообделочного факультета Вхутеина разра­ботал для этого альбома серию типовых проектов интерьеров. Среди них – проект оборудования двухъярусной жилой ячейки типа «F».

Иначе обстояло дело с фотографической секцией. Фотография ориентирована на издательскую базу, а как раз в конце 20-х годов рождается много новых иллюстрированных журналов. Возникает спрос на советский фоторепортаж-социальный и в то же время зрительно выразительный. В то же время собствен­ный, станковый результат работы фотографа, так же как и живописца или гра­фика, независим от внедрения в то или иное производство. Фотограф, таким образом, демонстрируя работу на выставке, может опередить ее публикацию в прессе.

21 февраля 1930 года в помещении объединения «Октябрь» состоялось общее собрание. Обсуждались доклады П. Новицкого «О политике партии в обла­сти искусства» и Михайлова «О состоянии работы АХР, ОМАХР и других художе­ственных группировок», принимались новые члены, а также обсуждался вопрос ос организации фотосекции, руководителем который стал Родченко.

К этому времени определился состав членов секции: В. Грюнталь, Б. Игнато­вич, А. Родченко, В. Жемчужный, Р. Кармен, А. Штеренберг, Морякин, О. Игнато­вич, Е. Игнатович, Д. Дебабов. Порядок фамилий такой, как в черновой программе состава секции, написанной Родченко в феврале 1930 года. Здесь же выделено, во-первых, бюро секции: Родченко, Грюнталь, Игнатович. А во-вторых, дан пере­чень активных фотокружков, которые предполагалось привлечь к работе фото­секции: «Дворца Пролетарской Кузницы» (кружки заводов АМО, «Динамо», «Парострой»), клубов «Мосэлектрик» и «Могэс», завода «Красная Пресня», фотохи­мического треста, «Трехгорной мануфактуры», Клуба кожевников, Росгорстраха. Госплана РСФСР, Клуба совторгслужащих, завода «Красный Октябрь».

В мае 1931 года в Московском Доме Печати состоялась выставка группы «Октябрь», где Родченко выставил ряд своих знаменитых фотографий – снятые с нижней точки «Пионерку» и «Пионера-трубача», а также серию динамичных кадров «Лесопильный завод Вахтан». Эти и другие произведения с выставки стали мишенью для разгромной критики и обвинения в формализме и нежелании перестраиваться в соответствии с новыми задачами на страницах журнала «Пролетарское фото».

Родченко планировал дать объявления в газетах о первом приеме руководителей фотокружков и лучших кружковцев в члены «Октября. Он даже указал дату возможного приема – 26 февраля. Вообще для профессиональной творческой организации прием фотолюбителей в ее члены – факт неслыханный. Однако такая позиция объясняется желанием Родченко максимально расширить круг любителей фотографии, из которых в основном и черпались кадры фотожурналистов в 20-е и 30-е годы. В массовости занятий фотографией Родченко видел возможности к ее развитию. «Объектив фотоаппарата – зрачок культурного человека в социалистическом обществе», писал он.

К весне 1930 года фотосекция в основном сложилась. В ее состав входит новые члены – Н. Штерцер, П. Петрокас. В архиве Родченко сохранилось заявле­ние Е. Игнатович о приеме в фотосекцию.

Объединяющим началом в творческой работе членов должен был, по идее Родченко, стать принцип эксперимента. Это, во-первых, ставило в равное положе­ние как профессионалов, так и любителей, вступающих на путь фоторепортажа, то есть предполагались некие общие задачи обучения. Во-вторых, этот пример ориентировал на постоянное развитие средств и художественных приемов фотографии, на творческое соревнование.

Творчество членов фотосекции «Октябрь» было объединено общими принципиальными установками. Первая направлялась не на художествен­ную фотографию, а на фоторепортаж. Члены «Октября» своей практической работой в печати должны были максимально раскрывать достижения социализме, агитировать фотографиями за новый быт, новую культуру, новую технику, новые общественные формы отдыха и т. д. К тому же ставилось непременным условием, чтобы каждый вступивший в фотосекцию был не просто «свободным художником», а был «связан с производством», то есть работал в печати, публиковал снимки в газетах, журналах. «Кроме того, – писалось в программе фотосекции, – каждый член фотосекции должен быть связан с заводским или колхозным кружком и руководить таковым».

Другая тема репортажа, определившая лицо фотосекции «Октябрь», – строительство, техника, промышленность. Тема эта возникла не случайно, а была самым непосредственным образом связана с общей ситуацией в стране, с началом первой пятилетки.

В творческой и производственной деятельности членов «Октября» была и еще одна особенность. Они старались расширить понятие о рабочем месте фоторепортера. В фильме Д. Вертова «Человек с киноаппаратом» оператор М. Кауфман снимал мир с автомобиля и мотоцикла, крыши вагона, носовой части ледокола, а не только с тротуара или проезжей части улицы. Многие фоторепортеры – и не только члены «Октября» – путешествовали, привозили экзотические кадры дальних стран. Это было время начала развития мировых информационных процессов, любой объект становился достойным фотографии. Особенно привлекала верхняя точка съемки. Александр Родченко без конца снимал Москву с крыши своего дома – балкона на восьмом этаже было уже недостаточно. Игнатович и Штерцер в Ленингаде повторили опыт Надара, снимавшего Париж из гондолы аэростата. Только вместо аэростата в их распоряжении в течение нескольких дней был самолет. Так родился известный кадр Игнатовича «Исаакиевский собор».

Фотоработы членов фотосекции «Октябрь» дважды демонстрировались на выставках. В первый раз – на общей выставке демонстрации объединения «Октябрь» в Парке культуры. Второй раз на выставке фоторепортеров в Доме печати, где действовала на правах самостоятельной творческой группы и где шло негласное соревнование двух объединений: «Октябрь» и РОПФ (Российского общества пролетарских фотографов).

Подготовка первой выставки началась зимой 1930 года. Согласно записям В. Степановой, Родченко и Степанова планировали показать на выставке все жанры и направления предметного творчества, в которых они работали в предыдущие годы. Однако выставочным комитетом работы начала 20-х годов были отвергнуты (декорации и костюмы к спектаклю «Смерть Тарелкина» В. Степановой и некоторые эскизы для ткани). В основном в экспозицию вошли работы в печати, театре и фотографии конца 20-х годов.

В итоге Степанова выставила: монтажные полосы, обложки и развороты журналов «Радиослушатель» (с фотографиями Родченко, Игнатовича и Грюнталя), «Советский экран», «Книга и революция», «Современная архитектура». Работы Родченко включали пять картонных планшетов с фотографиями: порт­реты В. Маяковского, съемка деталей и сборки автомобиля «АМО» (два планшета) ракурсные фотографии зданий и планшет с серией фотоиллюстраций к детской книге С. Третьякова «Самозвери». Дизайнерские проекты были представлены фотографиями и чертежами рабочего клуба (1925), декорациями и мебелью к фильмам «Альбидум», «Журналистка» и «Кукла с миллионами». Полиграфические работы включали обложки первых изданий В. Маяковского.

Выставка открылась 27 мая 1930 года. По нескольким сохранившимся кадрам Родченко можно судить о фрагментах экспозиции. Преобладали полиграфические работы с использованием конструктивных приемов верстки и монтажа, с применением фотограммы (работы Н. Седельникова) и фотомонтажа (работы Л. Лисицкого и С. Телингатера). В состав экспозиции входило и оборудование: книж­ные полки, стенды, трансформирующийся стол читальни, предположительно сде­ланные по проектам выпускников деревообделочного факультета Вхутеина.

«С 27 мая до 15 июня работает выставка художественного объединения «Ок­тябрь». На выставке «Октября» показана не только художественная продукция объединения, но и предметы внутреннего оборудования общественных помеще­ний, над которыми сейчас работают художники, входящие в объединение» («Культура и быт», 1930, № 7, с. 2.).

Судя по отзывам, мнения о выставке были неоднозначны. Лу Шеппер, немец­кий архитектор, работавший в то время в Москве, отмечал первоклассные работы архитекторов и полиграфистов и в то же время говорил о низком уровне решения внутреннего оборудования, убогости и непроработанности мебели и тканей.

Фотосекция «Октября» была минимально представлена на этой первой выставке. Работы Игнатовича, Грюнталя, Родченко и других демонстрировались не столько как произведения фотоискусства, сколько как иллюстративный мате­риал, включенный в периодические издания 20-х годов.

Вторая выставка – 1931 года в Доме печати – была целиком фотографи­ческой. К этому времени секция формально выходит из подчинения объединению «Октябрь» и становится самостоятельной группой с тем же названием. После выставки в состав «Октября» вошли новые члены: Б. Богдан, А. Шишкин, Л. Смир­нов, Д. Шулькин, В. Иваницкий, Б. Кудояров, Д. Дебабов, Б. Яблоновский, Н. Штерцер, П. Петрокас, И. Сосфенов и Г. Недошивин. Под названием «Группа «Октябрь» это творческое объединение и известно в истории фотографии.

Фотовыставка «Октября» в мае 1931 года совпадала по времени с выстав­кой другого объединения – РОПФ и как бы вступала с ним в полемику. В сохра­нившейся записке одного из членов «Октября» Л. Смирнова, адресованной Род­ченко, написано: «Тов. Родченко, вешайте мои вещи на линию «Октября». Леонид Смирнов. 31.V.31 г.».

В журнале «Пролетарское фото» все участники этой выставки были пред­ставлены фотографиями. Причем после фамилии автора в скобках указывалась принадлежность его к творческой группировке – «Октябрь» или РОПФ.

В октябрьском номере журнала «Пролетарское фото» была опубликована ответная декларация РОПФа, в которой наряду с задачей объединения фотогра­фических сил и выработки эффективного творческого метода ставилась задача борьбы «против понимания творческого метода с точки зрения некоего абстракт­ного художественного качества», против «левой» фотографии, подражания западной моде как направления вредного и уводящего с пути, «по которому должна идти пролетарская фотография в период социалистического строитель­ства». Под видом «творческой дискуссии» начиналась часто ничем не мотивиро­ванная критика и голословные обвинения в формализме одних авторов, и захва­ливание других. Рассматривая работы группировок с исторической дистанции, трудно обнаружить столь резкие отличия, породившие такую ответную реакцию. Разница лишь в том, что у членов «Груплы «Октябрь» больше экспериментальных, лабораторных работ. В показе же фактов и явлений действительности, в выявлении пафоса и настроения времени они схожи и едины. Разница лишь в десятых долях ракурса, в зрительной остроте композиции кадра и а принадлежности к той или ной стороне. За плечами фоторепортеров, организаторов РОПФа, был большой профессиональный опыт, чем у членов «Октября». И те и другие стремились к лидерству. Но одни на основе бесспорных политических деклараций, а другие на основе своей безудержной жажды нового, смелого, оригинального.

В первых двух номерах журнала «Пролетарское фото» были опубликованы снимки всех членов «Октября»: Блохина, Богдана, В. Грюнталя, Б. Игнатовича, О. Игнатович, Б. Кудоярова, Е. Лангмана, П. Петрокаса, А. Родченко, А. Шишкина. Каждому из них в статьях и откликах читателей досталась своя мера критических суждений. Больше всего откликов получили «Пионер-трубач» Родченко, «Гимнастика по радио» Лангмана и «Новая Москва» («В дни перевыборов») Игнатовича. Родченко упрекали в физиологизме и искажении образа пионера, Лангмана – в запутаности кадра, Игнатовича – в выхватывании невнятных фрагментов.

Такие оценки могли возникнуть у неподготовленного зрителя при выхватывании работ отдельных авторов из общего контекста поисков. В критической кампании против «Октября» был элемент намеренности. Здесь-то и проявилась не объективность оценок. Случалось, что одно и то же формальное качество сним­ков (например, ракурс) в одних случаях рассматривалось как положительное, в других как отрицательное. Про «ракурсного пионера» говорили, что «разве пионеры только и делают, что трубят», что неудачно выбран момент, «не раскрывающий сути пионерской организации». Про ракурсный снимок красноармейцев-лыжников Шайхета писали, что «это энергичные воины – придут в деревню, устроят концерт самодеятельности» и т. п. Анализ заменялся толкованием.

Критика «Октября» была разносной. Желания продолжать работу у Александра Родченко не было. И хотя он вместе с другими членами «Октября» (Открытое письмо «Группы» «Октябрь» в редакцию «Пролетарское фото» опубликовано в журнале «Пролетарскоое фото» (1932 №2, с 3) подписал открытое письмо о том, что группа будет перестраиваться, обращать больше внимания на политический сюжет фотоснимка, все равно Родченко в этот период оказывался для фотокритики «вне закона». Он становился ответственным за «левизну» Октября». И Родченко исключают из группы.

25 января 1932 года датирована выписка из протокола собрания «Группы Октябрь». В постановлении говорится: «Ввиду систематического отказа от участия в практической перестройке группы и неоднократных  заявлений о нежелании в эту перестройку включиться, т. Родченко из группы исключить, считая факт подписания им открытого письма группы объективно тактическим маневром, за которым скрывается нежелание практической перестройки. Председатель Б. Игнатович. Секретарь Яблоновсхий» (Информация об этом также была опубликована в журнале «Пролетарское фото» (1932, № 3. с. 27).

Финал довольно грустный для Александра Родченко. Но вскоре после этого письма распалась и перестала существовать и сама группа. 23 апреля 1932 года ЦК ВКП(б) принимает постановление «О перестройке литературно-художественных организаций», которым, предусматривался роспуск существовавших литературных и художественных групп и образование единых творческих союзов. Деятельность общества «Октябрь» прекратилась.

Использованы материалы статьи «Ракурсы Родченко» А. Н. Лаврентьева (1992), Выпускной квалификационной работы «Отражение советской действительности в деятельности художественного обединения «Октябрь». 1928–1932 годы» (СПбГУ) А. С. Антонец (2017).